Gameplay

Повод умереть

Умом я понимаю, что, несмотря на ухищрения авторов, новая часть Medal of Honor все равно не более чем очередной шутер в набивших оскомину декорациях Второй мировой. Однако объяснить зверскую аддиктивность расстрела нацистов в этой конкретной игре я не в силах.

Вообще в то время как миллионными тиражами расходятся игры про липкие шарыkatamari, улучшенные тамагочи с никогда не взрослеющими щенками лабрадоров и адвентюры с примитивистской графикой, тратить досуг на четвертую часть шутера про борьбу с фашистами даже несколько неловко. Где же революционные идеи, новаторский геймплей и экзотический артхауз? Но как бы там ни было, очень непросто заставить себя взять и выключить Medal of Honor: Airborne. И дело ведь вовсе не в том, что сохранения производятся автоматически лишь в определенных сценарием местах. Ну, может быть, самую малость…

Неужели отойти от монитора нам не дает хваленый режим высадки? Действительно, каждая миссия начинается непривычно: главный герой, повиснув на парашютных стропах, планирует над целым уровнем, прикидывая, где бы приземлиться. Потом даже не верится, что все остальные игры на заданную тематику, особенно те, где упоминалась операция «Маркет Гарден», как-то обходились без увлекательного процесса десантирования. Airborne честна с нами как минимум идейно – раз уж рядовой Бойд Трэверс служит в десантных войсках, то после очередного брифинга он оказывается в гудящем чреве самолета, а затем...

Больше всего в этом плане запоминается освобождение Сицилии (самая первая миссия, попавшая и в демо-версию), когда дизайнеры позволяют нам примериться с высоты чуть ли не к каждому пикселу уровня. Бравый рядовой обрушивается точно на голову замершему в засаде фрицу, погибает, приземляется в глубоком тылу на веревку для сушки белья – и отправляется на небеса, но вскоре возвращается оттуда, чтобы теперь оказаться верхом на шпиле колокольни. Airborne создает серьезный прецедент для теологических диспутов: открыв глаза после очередной смерти, Бойд Трэверс вновь и вновь обнаруживает себя посланцем неба, несущим немецко-фашистским захватчикам «мщения наказаниями яростными», только за спиной у него не крылья, а более современный парашют.

В следующей миссии многое становится на свои места. Решив, что на игрока, как и на девушку, главное – произвести хорошее первое впечатление, разработчики подрезают рядовому крылья, отчего щемящее чувство свободного планирования сменяется куда менее патетическим ощущением свободного падения. Движок рисует полигональные окрестности до горизонта, а сесть разрешают в кружок относительно небольшого радиуса. Потом еще обнаруживается, что в некоторые сюжетно важные моменты возвращение рядового Трэверса с того света происходит не на воздусях, а прямо-таки из под земли, и это наводит на нехорошие мысли. В такие моменты тратить на Airborne свое драгоценное свободное время хочется наполовину меньше. Оторваться, однако, попрежнему трудно.

Кстати, несмотря на то что парашют управляется абсолютно поаркадному, т. е. стрелочками, процессу приземления авторы придали некоторую пикантность. Если, к примеру, неловко бухнуться мешком и потом долго путаться в стропах, наше приключение может закончиться, не начавшись. Прогуливающиеся неподалеку немецкофашистские наймиты так и ждут удобного момента, чтобы вдоволь поизмываться над лежачим, делая вид, будто не знакомы с соответствующей пословицей. А значит, методом проб и ошибок нашему герою придется в конце концов освоить искусство приземления.

При работе над наземной частью игры создатели Airborne старались достичь популярной в последнее время атмосферы эпической киноленты, дабы сидящие перед экраном почувствовали себя частью массовки. Вокруг постоянно что-то происходит без видимого нашего участия: отовсюду доносится треск автоматных очередей, от уханья взрывов дрожит земля, с энтузиазмом засоряют эфир боевые товарищи, бегущие по своим делам, сверху в изобилии сыплются десантники. В действительности во всем этом броуновском движении вооруженных частиц мы играем не последнюю роль. Несмотря на кажущуюся свободу выбора (рядового пичкают десятком мелких заданий одновременно), по мере приближения к цели Бойд наступает на посеянные щедрой рукой триггеры. Тут главное не сбавлять темп и не распыляться на мелочи, иначе вместо театра боевых действий можно очутиться за кулисами школьного драматического кружка. Неожиданно куда-то пропадают бойкие соратники, из-за угла ритмичными волнами накатывают нацисты, мы остаемся наедине с Unreal Engine 3 и физическим движком Havok, которые даже сообща не могут позволить себе роскоши разнести хлипкую деревянную перегородку. От необходимости развлекаться самостоятельно становится как-то неуютно. К тому же, периферическим зрением углядев бесконечное число статистов-десантников и учтя бесконечное число жизней самого рядового Трэверса, мы начинаем задумываться: а не попали ли мы случайно в какую-то очень многопользовательскую сетевую игру?

Еще одна муссирующаяся в Airborne тенденция последних лет – претензия на реалистичность. Выпрямившись во весь рост на несколько секунд, наш герой сразу получает очередную путевку на небеса. Приходится много бегать и подолгу отсиживаться в укрытиях, швыряя оттуда в неприятеля гранаты разных сортов. Вот и еще пример: праведное возмездие разработчики сдерживают ограничениями по переносимому персонажем весу – одновременно можно затариться только парой серьезных стволов и пистолетом. Эффекта «как в жизни» пытаются добиться и специальными изобразительными средствами: от резких движений картинка размазывается, во время бега ходит ходуном, а наступив на гранату, можно заработать контузию, отчего Трэверс на пару мгновений утратит разом слух и зрение. С другой стороны, никто не отменял самозаполняющуюся шкалу здоровья (достаточно пересидеть невзгоды в тихом углу), включенный friendly i re и специальных бронированных фашистов, которым надо попасть в голову два раза для достижения катарсиса.

На самом деле вести перестрелку с высокодетализированными моделями противников (редкий привет от Unreal Engine третьего поколения) довольно весело, особенно если не замечать их поточного воспроизводства в невидимых бараках за углом. Во-первых, пособники рейха тоже умеют использовать укрытия, время от времени действуют слаженно и не стесняются при случае подложить «панцергранатен». Тут, правда, не обходится без досадных исключений. Во-вторых, с каждым разом растут навыки обращения с оружием. Реализован этот прогресс до крайности схематично, но очень цепляет, видимо, еще и потому, что эффект заметен сразу. В-третьих, сам процесс стрельбы из большинства видов оружия как-то тактильно приятен, что ли. В этом, наверное, весь фокус.

Несмотря на обилие звучных технологий и нескромные обещания разработчиков, игра не станет откровением даже для тех, кто со времен оригинальной Medal of Honor не имел больше дела с проектами на тему Второй мировой. Жанр, похоже, находится в творческом тупике, однако EA LA, в отличие от многих, старается что-то изменить. И именно это придает игре пресловутую аддиктивность.